В сентябре 2011 году ему бы исполнилось 80 лет.

 

        <  Жизнь прожить - это не беляши кушать.>- любимая поговорка Ю.М.

 

Он появился директором РУ-3 в Заозерном в 1970 году, тогда ему было около 40 лет. До этого у него был с отличием  законченные школа и московский  институт. Ему предлагали научную карьеру , однако он ушел на производство. Потом была длительная командировка в Германию , где он получил хорошую школу педантичной работы. Вероятно, именно там из него сделали крепкого хозяйственника и бюрократа. Это не такое плохое слово, поскольку в будущем его административный аппарат работал как часы.  После возвращения из загранкомандировки, он некоторое время работал начальником карьеров в  Шантюбе и  Степногорске , где проявил себя как выдающийся организатор. Когда появилась возможность поехать первым руководителем в Заозерный, он, не задумываясь, согласился , поскольку всегда имел амбициозные планы на жизнь.                                                                                                                                                       

Той зимой произошла авария в котельной, поселок замерзал  и, в результате, было заменено руководство рудоуправления. Он приехал не один:  с главным инженером Коврижниковым Алексеем Максимовичем, о котором еще будет свой рассказ. Они быстро навели  порядок,  и  Юрий Михайлович  жесткими мерами, но толково стал  развивать поселок. К Руднику -8  добавлялись проектируемые на тот момент Рудник-14 , Шахта-9 , Карьер -5 , велось серьезное строительство жилья и объектов инфраструктуры и спорта.

К моменту моего приезда в 1979 году, он уже имел непререкаемый авторитет среди людей и стойкую неприязнь со стороны руководства комбината.  Иметь независимый характер и  в то время позволялось далеко не всем, а хорошие показатели работы -  это еще не индульгенция. За те 8 лет, которые я проработал в РУ-3, его лишь однажды наградили орденом, при том, что это было время массовых награждений, и при  отличных результатах  работы  рудоуправления он мог рассчитывать на большее. К любому маломальскому празднику приходил длинный список награжденных работников рудоуправления.  Брежневская любовь к наградам волной уходила в народ.

 Юрий Михайлович  был невысокий, крепко сбитый , с седеющей короткой стрижкой - метеор. Когда он пролетал мимо, то создавался  воздушный вихрь, который втягивал тебя в его орбиту при том ,  что он имел какую-то застарелую травму ноги и  ее немного подтягивал. Колючий, умный взгляд, замечающий все вокруг и никогда не поощряющий  кого-либо. Он мог позволить сказать  что-то  доброе человеку только в узком кругу. Предполагалось, что если тебя сегодня не разносят, то это само по себе поощрение.

 За все годы я видел на нем всего 2-3 костюма. Много перемещаясь по производственным площадкам, он не очень следил за состоянием стрелок на брюках. У него были другие интересы.

 Сегодняшним молодым людям сложно понять, как человек, обладающий его возможностями, мог вести совершенно аскетический образ жизни. Он был не из тех людей, которые имеют то, что охраняют. Невозможно было представить ситуацию, при которой за взятки ты улучшишь жилищные условия, получишь машину, продвинешься по служебной лестнице. Он не  был доступным человеком: ни по должности, ни по характеру. Имел под контролем несколько тысяч работающих,  заботу о школах , больницах , и  вообще отвечал  за все в поселке вплоть до последнего дворника . У него был расписан день на много недель вперед , однако,  с ним всегда можно было пересечься по какому-то личному вопросу. Если он обещал, то обязательно доводил до исполнения.

                                                                                                                                               

Работа-это было главное, ради  чего  он жил.  Так сложилось, что его жена не могла иметь детей,  и он всю свою неистраченную любовь  переносил на дочь рано ушедшего друга и ее семью. Это была главная и единственная человеческая слабость Юрия Михайловича. НЕ любил застолий, почти не пил спиртное, не курил. Друзей у него в Заозерном  не было, общался лишь с ближним окружением. Его дача считалась образцовой по ухоженности и урожайности. Всё, за что берется Ю.М., должно быть в лучшем виде.

Еще он любил большой теннис и, благодаря чему, в поселке появились спортивные площадки, где  вместе с ним  играла группа продвинутых ребят. Их было очень немного, поскольку этот спорт был в серьезном загоне в СССР. В остальном  он был наглухо застегнут в административную  рубашку и проявление симпатий к человеку считал проявлением слабости.

Имея четкий график работы, он старался за день увидеть максимальное количество руководителей на их рабочих местах. Все  знали  в какое время и в какой день он будет у вас на производстве. Даже в самые удачные для тебя дни, когда ты выполнил  план , отчитался по всем его поручениям , и твои люди не попали по пьяному делу в милицию и еще много и много чего , и ты уже  рассчитывал на этот раз проскочить мимо его накачки .Тут он видит один выбитый кирпич из кладки старого здания компрессорной: « Вероятно у Вас низкая трудовая и производственная дисциплина , если проезжающие по территории грузовые автомобили умудряются выбивать кирпичи из кладки. А когда Вы в последний раз приезжали в ночную смену и лично контролировали работу этого забулдыги? Сегодня он задел стену , а завтра он заедет в шахтный ствол» -говорил он. Надо добавить, что заводилась  наша машина всего 2-3 раза в день  , и это был такой мелкий вопрос, как полет мухи над шахтным копром. При этом ты должен был составить мероприятия по усилению контроля по передвижению этого несчастного автомобиля по надшахтной территории,  и на полгода вперед тебе обеспечено окунание твоей физиономии в это дерьмо.   

Для примера: за все годы работы я ни разу не получил премию полностью: ее ежемесячно лишали или полностью или частично, иногда к этому добавлялось лишение зарплаты на 30%. И так все руководители, малые или большие.  И.Т.Р. в отделах и всевозможных лабораториях везло больше, потому что внимательный взгляд Ю.М. не достигал их стен и они, при меньших окладах , зарабатывали больше нашего.                  

Но, как ни странно,  эта система воспитания работала . Наше рудоуправление считалось лучшим в комбинате, и все понимали , что наш директор давно перерос свою должность , однако,  из-за своего независимого характера, он на этой самой должности и умрет. Для   этой системы нужны были люди без особых амбиций или умеющие их тщательно  скрывать.  Нужны были люди- винтики. Как раз последние сыграли решающую роль в его изгнании из поселка , но об этом чуть позже. Получилось так , что он не терпел независимых людей около себя , тем самым слепо перенося ошибки своих начальников на коллектив рудоуправления.

Он был идеальный руководитель для того времени.  Харизматичный , с острым юмором , прекрасно знающий все технологии на всех участках  работы, держащий слово и абсолютный бессеребреник.  Цитаты из его выступлений на планерках уходили в народ и долго обсуждались. Он так умело размазывал человека по стенке , что у того не оставалось обид. Я помню, как он отверг годовой баланс , результат титанической месячной работы бухгалтерии и  состоящий из нескольких томов , легко обнаружив в нем ошибку едва взглянув на него. Как опытный руководитель, он мог смотреть на документы по диагонали. Мы жили как при коммунизме в отдельно взятом поселке , но вскоре самые яркие инженерные работники  стали уезжать из него. Начался отток  самостоятельно мыслящих ребят, которые не очень вписывались в схемы Ладыгина.  Они уезжали в другие рудоуправления  и Ю.М. , очень  ревниво  относящийся к  этому,  увольнял  их всегда с большим скандалом.

Времена менялись.  Пришел Горбачев М.С.,  и для Министерства наступил сложный период. Если раньше финансирование из Москвы осуществлялось от достигнутого и задача была тратить деньги , для чего придумывались новые рудники и дороги , то теперь необходимо было размазывать их , а позже и закрывать производства на эти средства. Наша продукция стала не нужна  стране, и эта самая страна стала на нас экономить, и десятилетиями  выстроенная система работы Юрия Михайловича стала давать сбои. Вместо строительства мы стали заниматься консервацией производств или простой ликвидацией.

 В 1986 году меня пригласили работать в Новосибирскметрострой,  и я пришел к нему с заявлением о увольнении. Хотя Ю.М. знал, что я не в восторге от его методов работы, он с пониманием отнесся к моей просьбе  и уволил меня максимально быстро ,   потому что понимал – будущего  у Заозерного нет,  и пока парня берут на работу –надо ему помочь.   До этого я никогда не был у него в кабинете по личному вопросу или с какой-либо просьбой. Всегда считалось , что руководство понимает твои проблемы и по возможности их решит. Практически всегда так и было.

.

Все последующее  я  узнал от оставшихся в поселке ребят.

 

В 1987 году вышло постановление  Ц.К КПСС , смысл которого был в том , что для повышения эффективности производства необходимо произвести переназначение руководителей всех уровней через выборы их трудовым коллективом. Собиралось собрание рабочих  и И.Т.Р. , где из нескольких кандидатур выбирали начальников участков , цехов , предприятий .Что же тогда началось по всей несчастной стране. Требовательным руководителям давали по шапке и повсеместно стали выбирать демагогов  и краснобаев. Человек, умеющий обещать, мог многого добиться в то время. К счастью для нас с вами этот эксперимент над здравым смыслом продлился не больше года.                                                                                                                                       Однако дров успели наломать. Нашлись такие и в Заозерном. Все , кто боялся открыть рот при Юрии Михайловиче , крепко на нем отыгрались. Объединившись и при поддержке толпы , они его прокатили на выборах. В чем его только не обвиняли. И в том что он узурпатор , что неспособен руководить , что без очереди покупал костюм в магазине и тому подобные глупости.

 

 Это была трагедия для него. Он не ожидал такого  услышать от людей , которым он доверял  и которым отдал 20 лет жизни. Сделавший для поселка и для его населения больше , чем кто-либо другой , далее он не мог оставаться в Заозерном. Когда он уезжал, вслед сыпались проклятья , никто ему ни разу не сказал спасибо. Он заболел. Всех его денег хватило  лишь на то, чтобы купить гараж в Степногорске. Он больше никогда не будет прежним Ладыгиным . Устроился работать диспетчером в комбинат и  еще поблагодарил за то , что взяли на работу. .                                                                              

 Последний раз я видел Ю.М.  в 1992 году . Мы с моим близким другом-заозерновцем Колей  Финадеевым  решили сделать вояж из Алма-Аты  в  Степногорск  и Заозерный , так сказать по местам боевой юности. Это было уже другое время : мы были в бизнесе и на многое имели свой взгляд. Хотели мы этого или нет , но мы были его учениками. Наше становление как производственников и руководителей  происходило под его сильнейшим  влиянием. Когда было трудно и что-то не клеилось - мы понимали  , что не всегда в жизни везет беляши кушать.  

          Юрий Михайлович был очень  рад нашему приезду. Он выпил с нами рюмку водки, и мы долго говорили о жизни. В отличие от Коли,  я не был прежде вхож в его дом и никогда  не имел честь вести беседу с ним на общие темы. Мы сидели в скромно обставленной квартире ,  он пытался бодриться , однако  уже заметно было его нездоровье. Рассуждая о большой политике и о развале Советского Союза, он старался не трогать тему Заозерного. Боль у него не утихла .

Так сложилась жизнь у этого незаурядного человека. Когда у него государство забрало и разрушило все , что он сделал  ,когда предали почти все кому он верил,  сил жить у него осталось не много. Как может чувствовать себя деятельный и умный человек, глядя  как бульдозером закатывают все ради чего он жил 40 лет? Как будто не было тебя на этой земле. К  сожалению, нам не дано попробовать еще раз.

Он протянет еще 10 лет, поскольку рядом с ним была его стареющая жена , за которую привык отвечать.  Ю.М. не хотел оставлять ее один на один с этим суровым миром. Он доживал эту жизнь. Его мало интересовало все , что происходит за пределами его квартиры.

       Умер в январе 2002 года. Похоронен в Степногорске.